Соседки смеялись, что я одна в женский день, как вдруг во двор въехали пять чёрных джипов с цветами…
Елена ворвалась в квартиру, не дожидаясь, пока я открою дверь своим ключом. Она втащила три огромных пакета и с грохотом бросила их прямо на мой новый светлый ковёр.
— Варя, не стой как статуя, через два часа приедет вся семья, — скомандовала свекровь, даже не снимая грязных ботинок. — Нужно нарезать салаты, запечь мясо и привести гостиную в порядок.
Я медленно опустила руку с сумкой, чувствуя, как внутри поднимается тяжёлая волна раздражения. Мы с Олегом договаривались, что это восьмое марта проведём только вдвоём, без бесконечной кухонной суеты и навязчивых советов его родни.
— Елена Сергеевна, мы никого не приглашали и праздновать здесь не планировали. У нас были планы сходить в кино и просто отдохнуть.
Свекровь лишь презрительно фыркнула, уже высыпая на кухонный стол гору овощей с землёй. Она вела себя так, будто я не хозяйка квартиры, а временный персонал, который вдруг осмелился спорить.
— Твои планы подождут, — бросила она, гремя моими кастрюлями. — Олег уже поехал за Машей и детьми, праздник должен быть семейным, а не эгоистичным.
Олег появился через сорок минут, стараясь не смотреть мне в глаза и прячась за спиной сестры. Его племянники сразу начали носиться по коридору, сбивая с полок мои любимые вазы и пачкая стены липкими руками.
Я загородила мужа в углу кухни, пока женщины обсуждали, что в моём холодильнике «ничего нет». Его лицо выражало привычную покорность, которая в этот момент казалась мне просто трусостью.
— Олег, объясни мне, почему в моей квартире сейчас филиал вокзала? Мы же договаривались, что этот день будет для нас.
Он виновато пожал плечами и попытался обнять меня за талию, но я резко отстранилась.
— Варя, ну мама так хотела, ей одиноко, — пробормотал он, глядя куда-то в сторону. — Потерпи один вечер ради мира в семье, тебе же не жалко.
Я повернулась к столу, где Маша уже активно критиковала мою новую посуду. Она разглядывала тарелки с отвращением, словно искала на них следы яда, а не дизайнерский узор.
— Варя, у тебя такие странные вкусы, всё какое-то серое и неуютное, — заявила золовка, придвигая к себе нож. — Тебе бы у мамы поучиться вести дом, а то у Олега вид такой, будто его не кормят.
К шести вечера в квартире стало невозможно дышать от пара, шума и запаха перегоревшего масла. Подруги свекрови, две довольно грузные дамы, без стеснения обсуждали стоимость моих штор и давали советы, как мне «облагородить» интерьер.
Олег сидел на диване, полностью отстранившись от происходящего, и лениво листал ленту новостей. Он даже не заметил, как его племянник пролил сок на мою новую белую обивку.
— Варя, подавай горячее, чего ты там задержалась! — крикнула из комнаты Елена Сергеевна. — И соус сделай погуще, а то в прошлый раз была какая-то водянистая похлёбка.
Я зашла в спальню за чистыми салфетками и замерла возле полуоткрытой двери гардеробной. Там, в полумраке, свекровь и Маша горячо спорили, думая, что я занята на кухне.
— Мам, ты уверена, что она не устроит истерику из-за прописки? — голос Маши звучал непривычно тихо и жадно. — Нам в этот лицей без местной регистрации никак не попасть, а тут такой шанс.
Елена Сергеевна издала короткий, сухой смешок, от которого у меня по коже пробежали мурашки.
— Никуда она не денется, Олег её быстро приструнит, если начнёт капризничать. Она без него пустое место, обычная торговка цветами, которой просто повезло с квартирой.
— А если она узнает, что квартира уже наполовину в залоге под бизнес Олега? — Маша хихикнула. — Он же ей так и не сказал, на что взял те деньги.
В этот момент мир вокруг меня перестал быть цветным и шумным, превратившись в чёткий чёрно-белый чертёж. Я не почувствовала ни желания разрыдаться, ни желания бить посуду, только странную, звенящую пустоту.
Я вышла в коридор, чувствуя, как каждый шаг становится осознанным и твёрдым. Мои пальцы больше не сжимали кухонную тряпку, они искали в кармане мобильный телефон.
Олег поднял голову, когда я вошла в гостиную и просто выдернула вилку телевизора из розетки. В комнате стало странно, пугающе тихо, и все взгляды обратились ко мне.
— Варя, что ты творишь? — недовольно спросил муж, пытаясь подняться с дивана. — У нас тут интересная передача, верни всё как было.
Я посмотрела на него так, словно видела впервые в жизни, и это зрелище мне совсем не понравилось.
— Праздник окончен, — мой голос был спокойным и ровным, как поверхность замёрзшего озера. — Елена Сергеевна, Маша, забирайте своих детей, подруг и недоеденное мясо.
В комнате повисло тяжёлое удивление, которое быстро сменилось привычной агрессией свекрови. Она вскочила, краснея от возмущения и поправляя свою пышную причёску.
— Как ты разговариваешь со старшими, неблагодарная? Олег, посмотри, какую змею ты пригрел на своей шее!
Олег сделал шаг в мою сторону, пытаясь изобразить строгость, но его глаза выдавали смертельную усталость.
— Варя, прекрати этот цирк немедленно, сядь и извинись перед мамой. Ты ведёшь себя как истеричка.
— Твоя «истеричка» прямо сейчас вызывает службу охраны и меняет код на входной двери, Олег.
Я выставила вперёд руку, пресекая любую попытку приблизиться ко мне.
— У вас ровно пять минут, чтобы исчезнуть из моей жизни вместе со своими планами на прописку и залог. Все личные вещи Олега я выставлю на лестничную площадку через час.
Уходили они долго и грязно, выкрикивая проклятия и пытаясь унести даже начатые бутылки вина. Я просто стояла в дверях, наблюдая, как этот мутный поток людей вымывается из моего пространства.
Когда последняя дверь захлопнулась, я сразу набрала номер мастера по замкам. Он обещал быть через пятнадцать минут, благо его мастерская находилась в соседнем доме.
Я вышла на балкон, чтобы вдохнуть свежего мартовского воздуха и немного прийти в себя. Внизу, у самого подъезда, стояли мои соседки — Катя и Света, которые всегда всё знали обо всех.
— Ну что, Варька, выставили тебя твои-то? — язвительно крикнула Катя, прикуривая тонкую сигарету. — Сидишь теперь одна, как сова, в такой день!
Света противно хихикнула, поправляя яркий платок на голове.
— Гордая была, всё своим бизнесом хвасталась! А теперь смотри — муж с сумками уехал, а ты кукуешь в пустой коробке!
Соседки смеялись, что я одна в женский день, как вдруг во двор въехали пять чёрных джипов с цветами. Машины двигались плавно и торжественно, выстраиваясь в идеальную линию перед моими окнами.
Из главного автомобиля вышел мой заместитель Егор вместе с четырьмя ребятами из службы доставки нашего цветочного склада. Они начали открывать багажники, и двор мгновенно наполнился невероятным ароматом весенней свежести.
Огромные охапки тюльпанов, корзины с редкими розами и пушистые веточки мимозы заполнили всё пространство перед подъездом. Это были остатки после праздничного наплыва заказов, которые я велела раздать среди сотрудников, однако ребята решили поступить по-своему.
— Валерия Игоревна, это вам от всего коллектива! — крикнул Егор, вручая мне букет. — Без вас мы бы этот завал никогда не разгребли!
Я посмотрела вниз, на вытянувшиеся лица Кати и Светы, которые буквально потеряли дар речи. Олег стоял чуть поодаль, прижимая к груди пакет с грязным бельём, и выглядел жалко на фоне этого цветочного триумфа.
— Егор, раздай по букету всем женщинам в нашем доме, — громко сказала я, перегнувшись через перила. — Кроме этих двух дам на лавочке, им дай по засохшему венику из мусорки.
Ребята дружно рассмеялись и принялись разносить цветы, превращая серый двор в яркий праздничный сад. Соседки поспешно отступили в подъезд, не желая больше слушать комментарии прохожих.
Я зашла в квартиру и с наслаждением повернула замок на два оборота.
Мастер уже заканчивал работу, аккуратно складывая инструменты в свой изрядно потрёпанный чемоданчик.
Я достала из холодильника бутылку ледяной чистой воды и сделала долгий, жадный глоток. В квартире наконец стало легко дышать.