ИНТЕРЕСНАЯ ЖИЗНЬ

Конец апреля в том году был нежным и обманчивым. Воздух, еще недавно колючий от мороза, теперь струился теплыми потоками, пахнущими сырой землей и первой травой. Но в лагерном бараке внешнего лагеря Мальхов дыхание весны не приносило облегчения. Вероника, прижав ладони к огромному животу, смотрела в крошечное зарешеченное окно, за которым темнел лес. Она почти не … Read more

Тихим, прозрачным утром, когда майское небо, подобно вымытому ситцу, натянулось над спящей еще землей, Авдотья переступила порог родного двора. Воздух, густой и сладкий, обволакивал ее, как парное молоко. Он был напоен до самого дна пьянящим, липким ароматом сирени, чьи гроздья, тяжелые от росы и нектара, свешивались с покосившегося плетня, будто дивные лиловые грозди неведомого винограда. … Read more

Было начало декабря 1994 года. Я была беременна, на последнем сроке, и жутко боялась не успеть сдать экзамены, закрыть этот шестой семестр перед тем, как уйти в академический отпуск. Жалко было полгода терять, и со своим пузом я карабкалась в вахтовки, эти огромные чудовища, с диаметром колеса аккурат в мой рост. Почему вахтовки, а не … Read more

Всё началось с малого — с крошечной, казалось бы, несущественной детали. Светлана и не думала, что этот пустяк разверзнёт перед ней пропасть, в которую невозможно заглянуть без содрогания. Всё началось с клубники. Алина — её дочка, её свет, её дыхание, её девять лет жизни, проведённых в любви и заботе — вдруг вспыхнула красными пятнами после … Read more

Морозный воздух в избе стоял густой, почти осязаемый, каждый вдох обжигал лёгкие ледяной иглой. Вдоль старой кровати с просевшей сеткой, на коленях, медленно перемещалась, опираясь на трясущиеся руки, Евлампия Семёновна. Она была матерью единственного оставшегося в живых сына, Ефима. Война забрала троих, а четвёртого, казалось, забрала теперь мирная, тихая жизнь. На той кровати, под грубым, … Read more

Александр ехал на родину. Мать ждала Александра всегда. Да и сестра…Сапоги и ботинки Вот только на сестру он был обижен. Как-то привез матери сапоги, приметные, с вышитым золотым цветком на голенище. А через год увидел эти сапоги на дамочке – на директрисе местного клуба. Увидел, когда направился туда на танцы. – Мам, так а где … Read more

Вечерний туман, словно тончайшая фата, медленно сползал с верхушек сосен, окутывая село дымчатым покрывалом. В низкой горнице, пропитанной запахом дегтя, сосновой смолы и старого дерева, воздух казался густым и тяжёлым. Никифор вытер ладонью выступившие на лбу капли пота, оставив грязноватый след на загорелой коже. Его пальцы, шершавые и неуклюжие, вновь сжали потрёпанные карты, будто в … Read more

Элеонора ошарашено посмотрела на мужа. Воздух в уютной гостиной, еще минуту назад наполненный ароматом вечернего чая и покоем, вдруг застыл, стал вязким и тяжелым. Слова, только что сорвавшиеся с его губ, повисли в тишине нелепым, чужим сочетанием звуков. — Повтори, что ты сейчас сказал? Она произнесла это тихо, почти шёпотом, как будто боялась спугнуть хрупкую … Read more

Холод. Он был повсюду. Он пробирался под ватник, въедался в кости, превращал дыхание в облачко ледяного пара, которое, казалось, застывало в воздухе и падало на землю тихим звоном. Январь 1942-го был безжалостен к городу на Неве, вымотанному осадой и голодом. Молодая женщина по имени Лидия, закутавшись в потертый платок, торопливо шла по заснеженной улице, сжимая … Read more

Звук был такой, будто кто-то решил выбить всю подъездную дверь разом – грохот, треск, и голос тётки Нюры, пронзительный, как сирена: – Да что ж ты за дрянь такая, а? Всю жизнь мужиков к себе тянешь! Сначала моего Валеру окрутила, теперь от его матери прячешься? Таня замерла у окна своей квартиры на третьем этаже, прижавшись … Read more