Семен не знал, как он скажет об этом жене. Ноги становились свинцовыми, не поднимались от земли, что, впрочем, было не так уж и плохо – в город пришла зима, и после вчерашнего не то снега, не то дождя, дороги покрылись коркой льда. Еще утром Люся звонила ему и весело щебетала без умолку: — Я такую … Read more
— Тройняшки?! Да вы настоящая героиня, Валентина Николаевна! И все здоровенькие — мальчик и две девочки! Это просто невероятное чудо! — Я всего лишь мама, — улыбнулась я сквозь пелену изнеможения, стараясь осознать всё то, что произошло в моей жизни за последние восемнадцать часов. Это было одновременно и чудом, и источником страха. Первые дни в … Read more
Вот это был, конечно, Новый год. Ольга его потом вспоминала, как очень плохую, очень злую сказку, где она оказалась не Золушкой, а какой-то ненужной, пыльной вещью, которую забыли вынести из дома. Праздновали, как водится, у Галины Петровны. Шикарный стол, накрытый так, что под тяжестью салатов гнулась столешница — это свекровь умела. И Ольга умела: готовила, … Read more
— Ну всё, ребята, мне пора! — крикнул Роман, запрыгивая на подножку уже тронувшегося поезда. С перрона ему махали друзья, кто-то пытался что-то крикнуть напоследок. Он улыбался. Три года прошло с тех пор, как он вернулся из армии. За это время успел устроиться на работу, поступил в институт на заочное отделение. А вот так вот … Read more
Тихий майский вечер опускался на село Потапово, окрашивая небо в нежные пастельные тона угасающего дня. Воздух, напоенный влажной свежестью только что прошедшего дождя, был густ и душист. Он вбирал в себя все ароматы пробудившейся земли: сладкий, почти пьянящий запах цветущей сирени, горьковатую свежесть молодой полыни, едва уловимый медный привкус далекой грозы. У открытого окна, навалившись … Read more
— Семь миллионов четыреста тысяч, — произнёс Орлов, генеральный директор, голос его был настолько ровным и бесстрастным, что казалось, будто он зачитывает не цифру, а приговор. В нём не было ни злости, ни сострадания — только пустота. И именно это делало его слова особенно страшными. Он не смотрел на меня. Его взгляд, тяжёлый и пронизывающий, … Read more
43-летняя Татьяна Александровна Ломакина, сжимая в руках две гигантские сумки, медленно, с усилием, ступенька за ступенькой, карабкалась на четвёртый этаж. Ноги дрожали, спина ныла, дыхание сбивалось, а лифт, как назло, снова был вне строя. Но, как говорится, своя ноша не тянет — ведь в этих сумках лежали не просто вещи, а целое море любви, заботы … Read more
— Пап… — еле слышно прошептала Лиза, с трудом повернув голову, словно даже этот маленький жест давался ей с неимоверным усилием. Она лежала в больничной палате уже четыре долгих месяца. Болезнь, как тень, неотступно ползла по её телу, высасывая из него жизнь день за днём, оставляя лишь хрупкий силуэт девочки, которая когда-то прыгала по комнатам, … Read more
Карточку Павел попросил в среду, за завтраком. Голос правильный — озабоченный, но не паникующий. — Катя, корпоративный платёж горит, мою карту заблокировали, на два дня всего, выручи. Я вытерла руки о фартук, достала карту из кошелька. Павел взял её быстро, будто боялся, что передумаю, и поцеловал в макушку. — Спасибо, родная, ты как всегда выручила. … Read more
Серый осенний вечер медленно гасил последние краски дня, окрашивая город в свинцовые, унылые тона. Виктор, уставший после долгого дня, подъехал на своем автомобиле к знакомому мусорному контейнеру, стоявшему на окраине тихого спального района. Возле ржавого бака, бесцельно роясь в груде выброшенных вещей, копалаcь какое-то одинокое существо в лохмотьях. Он не сразу даже понял, что это … Read more