Да я на минуточку, Игорек, просто пыль протереть да супчик свежий вам в холодильник поставить, — Лариса Ивановна говорила с сыном по телефону и ловко орудовала ключом в замочной скважине. — Знаю я, как твоя Жанночка убирается. У неё же вечно «времени нет», вся в работе, бедняжка. А мужчина должен в чистоте жить и домашнее кушать. Я успею уйти, пока вы вернетесь!
Замок послушно щелкнул. Свекровь победоносно улыбнулась, поправила на плече тяжелую сумку с контейнерами и толкнула тяжелую дверь. Она была абсолютно уверена, что квартира пуста. Жанна с Игорем на работе до семи вечера, так что у неё в запасе было полно времени, чтобы устроить детальную инспекцию, переложить вещи в шкафах «как правильно» и оставить свой фирменный жирный борщ на плите. Второй комплект ключей, который она недавно сделала в обувной мастерской у дома, приятно холодил ладонь.
Лариса Ивановна решительно шагнула в прихожую, сбросила туфли и уже занесла ногу, чтобы пройти на кухню, как вдруг из глубины коридора раздался величественный покашливание.
На пороге гостиной стояла Галина Васильевна — мама Жанны. На ней был шелковый домашний халат, в одной руке она держала чашечку кофе, а в другой — пульт от телевизора. Выглядела она так, словно владела этой квартирой как минимум последние лет двадцать.
— Батюшки… — Лариса Ивановна от неожиданности едва не выронила сумку. — Галина? А ты что тут делаешь? Молодые же на работе!
— Добрый день, Лариса , — Галина Васильевна неспешно пригубила кофе, окинув сваху ледяным, оценивающим взглядом. — Я вот приехала дочке сюрприз сделать. Напекла её любимых блинчиков с творогом, шторы постирала, сижу, отдыхаю. А вот у меня к тебе встречный вопрос. Ты как сюда попала? Квартира заперта была.
— Как-как… Ключом! — Лариса Ивановна поджала губы и демонстративно потрясла связкой. — Я мать, между прочим. Имею полное право прийти к сыну и помочь по хозяйству.
— К сыну? — Галина Васильевна усмехнулась, проходя на кухню. — Насколько мне известно, эту квартиру моя Жанночка в ипотеку брала еще до свадьбы. И платит за неё сама. Так что ты пришла в дом к моей дочери, Лариса . Без приглашения. И, судя по всему, с ворованными ключами.
— Это кто еще ворованные?! — взвизгнула свекровь, проходя следом и с грохотом опуская сумку на кухонный стол. — Игорь мне сам дал! Ну… почти сам. Он как-то обмолвился, что ключи на комоде лежат, заберите, мол, если надо будет. Вот я и подстраховалась, сделала дубликат. Мало ли что! Вдруг пожар? Вдруг потоп? А у меня сердце болит за ребенка!
— За ребенка, говоришь? Ребенку тридцать два года, Лариса. У него уже у самого борода растет, — Галина Васильевна села за стол и указала пальцем на сумку. — И что там у тебя? Опять твой борщ с тремя сантиметрами жира? Жанна просила его не носить, у Игоря от него изжога. Они на правильном питании.
— Изжога?! От моего борща?! — Лариса Ивановна даже задохнулась от возмущения. — Да мой борщ вся родня нахваливает! Это твоя Жанночка его сухими салатами кормит, как кролика какого-то! Мужчина работать должен, ему мясо нужно, наваристый бульон! А она… шторы она постирала! Да я без тебя вижу, что на шкафах пылища вековая! Невестка из нее — одно название!
— Ты мою дочь не трогай, — голос Галины Васильевны мгновенно утратил напускное спокойствие и стал вкрадчивым, как у тигрицы перед прыжком. — Моя дочь зарабатывает больше твоего сына, порядок в доме держит и мужа — сына твоего никчемного, который гвоздя забить не может, терпит. А вот то, что ты, как воровка, в чужую квартиру пробираешься по поддельным ключам — это статья, Лариса. Уголовная. Называется «незаконное проникновение в жилище». Хочешь, я сейчас полицию вызову? Вот Игорек обрадуется, когда маму из отделения забирать поедет.
Лариса Ивановна побледнела, но сдаваться не собиралась. Она выпрямила спину и шагнула вплотную к свахе.
— Ах полицию?! Ну давай, вызывай! Посмотрим, что сыночек мой тебе скажет, когда узнает, как ты его мать из дома выгоняешь! Я здесь стены мыла, когда они въезжали! Я имею право контролировать, в каких условиях живет мой ребенок!
— Контролировать ты будешь своего мужа на даче, — отрезала Галина Васильевна. — А здесь — территория Жанны. Выкладывай ключи на стол. Живо.
— И не подумаю! — Лариса Ивановна крепко зажала связку в кулаке. — Ключи сына, и отдам я их только сыну!
— Ну ладно, — Галина Васильевна спокойно достала телефон. — Тогда я звоню Жанночке. И Игорю на работу. На громкую связь поставить, чтобы ты слышала, как твой «сыночек» будет извиняться за твою наглость?
В кухне повисла тяжелая, звенящая тишина. Лариса Ивановна тяжело дышала, лихорадочно просчитывая варианты. Игорь, несмотря на всю свою мягкость, жутко не любил, когда мать лезла в его личные границы, а уж если об этом узнает Жанна — скандала не избежать. Месяц общаться не будут, это точно.
Свекровь со свистом выдохнула воздух сквозь зубы, с размаху бросила ключи на деревянную столешницу так, что они жалобно звякнули, и схватила свою сумку.
— Подавитесь вы своими ключами! — змеиным шипением произнесла она. — Интеллигенция нашлась! Права они тут качают. Ноги моей больше в этом доме не будет! Так Игорю и передай!
— Обязательно передам, Ларисочка, прямо слово в слово, — ласково улыбнулась Галина Васильевна, аккуратно забирая дубликат со стола. — Ой, а супчик-то свой чего уносишь? Забирай, забирай, а то не дай бог изжога случится, греха не оберешься. До свидания! Дверь за собой захлопни поплотнее.
Когда входная дверь с грохотом закрылась, Галина Васильевна победоносно повертела в руках отвоеванные ключи, спрятала их в карман халата и с удовольствием допила свой уже остывший кофе. Сюрприз для дочери определенно удался.