— Симка, сегодня с председателем колхоза разговаривала. Сказал, сын его, Мишка, глаз на тебя положил. Жениться хочет. — Мам, ты чего, какой Мишка? Этот боров? Да зачем он мне нужен, он мне совсем не нравится, замуж ещё выходить, фу.. — Да кто тебя спрашивать будет. Ты в зеркало глянь на себя, красавица тут нашлась, сын … Read more
Тишину полутемной палаты, пропитанную запахами антисептика и сладковатым духом материнства, разорвал резкий, металлический голос. Дверь распахнулась, и на пороге возникла фигура медсестры в белоснежном халате, а в ее неумело сложенных руках беспомощно бился крошечный, огненно-рыжий комочек. — Рыжова! Кто здесь Рыжова? — спросила она, и ее взгляд, усталый и выцветший, скользнул по лицам лежащих женщин. … Read more
Конец апреля в том году был нежным и обманчивым. Воздух, еще недавно колючий от мороза, теперь струился теплыми потоками, пахнущими сырой землей и первой травой. Но в лагерном бараке внешнего лагеря Мальхов дыхание весны не приносило облегчения. Вероника, прижав ладони к огромному животу, смотрела в крошечное зарешеченное окно, за которым темнел лес. Она почти не … Read more
Тихим, прозрачным утром, когда майское небо, подобно вымытому ситцу, натянулось над спящей еще землей, Авдотья переступила порог родного двора. Воздух, густой и сладкий, обволакивал ее, как парное молоко. Он был напоен до самого дна пьянящим, липким ароматом сирени, чьи гроздья, тяжелые от росы и нектара, свешивались с покосившегося плетня, будто дивные лиловые грозди неведомого винограда. … Read more
Было начало декабря 1994 года. Я была беременна, на последнем сроке, и жутко боялась не успеть сдать экзамены, закрыть этот шестой семестр перед тем, как уйти в академический отпуск. Жалко было полгода терять, и со своим пузом я карабкалась в вахтовки, эти огромные чудовища, с диаметром колеса аккурат в мой рост. Почему вахтовки, а не … Read more
Всё началось с малого — с крошечной, казалось бы, несущественной детали. Светлана и не думала, что этот пустяк разверзнёт перед ней пропасть, в которую невозможно заглянуть без содрогания. Всё началось с клубники. Алина — её дочка, её свет, её дыхание, её девять лет жизни, проведённых в любви и заботе — вдруг вспыхнула красными пятнами после … Read more
Морозный воздух в избе стоял густой, почти осязаемый, каждый вдох обжигал лёгкие ледяной иглой. Вдоль старой кровати с просевшей сеткой, на коленях, медленно перемещалась, опираясь на трясущиеся руки, Евлампия Семёновна. Она была матерью единственного оставшегося в живых сына, Ефима. Война забрала троих, а четвёртого, казалось, забрала теперь мирная, тихая жизнь. На той кровати, под грубым, … Read more
Александр ехал на родину. Мать ждала Александра всегда. Да и сестра…Сапоги и ботинки Вот только на сестру он был обижен. Как-то привез матери сапоги, приметные, с вышитым золотым цветком на голенище. А через год увидел эти сапоги на дамочке – на директрисе местного клуба. Увидел, когда направился туда на танцы. – Мам, так а где … Read more
Вечерний туман, словно тончайшая фата, медленно сползал с верхушек сосен, окутывая село дымчатым покрывалом. В низкой горнице, пропитанной запахом дегтя, сосновой смолы и старого дерева, воздух казался густым и тяжёлым. Никифор вытер ладонью выступившие на лбу капли пота, оставив грязноватый след на загорелой коже. Его пальцы, шершавые и неуклюжие, вновь сжали потрёпанные карты, будто в … Read more
Элеонора ошарашено посмотрела на мужа. Воздух в уютной гостиной, еще минуту назад наполненный ароматом вечернего чая и покоем, вдруг застыл, стал вязким и тяжелым. Слова, только что сорвавшиеся с его губ, повисли в тишине нелепым, чужим сочетанием звуков. — Повтори, что ты сейчас сказал? Она произнесла это тихо, почти шёпотом, как будто боялась спугнуть хрупкую … Read more